ведро шампанский
Брэдбери Р.Зелёные тени, белый китРэйБрэдбери ГЛАВА1 Явыглянул с палубы парома «Дан-Лэри» ведро шампанский увидел Ирландию.Землябыла зеленая.Непросто заурядно зеленая, ведро шампанский всех тонов ведро шампанский оттенков. Даже тени были зеленые иблики, игравшие на причале Дан-Лэри ведро шампанский на лицах таможенных инспекторов. Япогрузился в зелень. Я — молодой американец, мне только что стукнулотридцать, страдаю двумя видами депрессии, тащу пишущую машинку ведро шампанский больше ничегоособенного.Узревсвет, траву, холмы, тени, я воскликнул:—Зеленая! Как на рекламных плакатах. Ирландия — зеленая. Чтоб я сдох!Зеленая!Молния!Гром! Солнце скрылось. Зелень исчезла. Огромное небо занавесили дожди. Яопешил, чувствуя, как улыбка сползает с моего лица. Седой, заросший щетинойтаможенник подал мне знак.—Сюда! Таможенный досмотр!—Куда она подевалась? — жалобно сказал я. — Зелень! Она же только чтобыла! А теперь...—Зелень, говорите?Инспекторпосмотрел на свои часы.—Она появится, когда выглянет солнце! — заявил он.—И когда же это произойдет?Старикперелистал таможенный свод.—В этих чертовых инструкциях ничего не сказано, когда ведро шампанский где выйдет солнце ивыйдет ли оно в Ирландии вообще!Онвоспользовался своим носом вместо указки.—Вот там есть церковь, поинтересуйтесь у них!—Я пробуду здесь шесть месяцев. Может...—...вы снова увидите солнце ведро шампанский зелень? Есть такая вероятность. Но в двадцатьвосьмом году дождь лил двести дней. В тот год у нас уродилось грибов больше,чем детей.—Это факт?—Нет, слухи. Но в Ирландии ничего другого ведро шампанский не надо, кто-то услышал, кто-тосказал, ведро шампанский дело сделано! Это весь ваш багаж?Япредъявил свою пишущую машинку ведро шампанский худющий чемодан.—Путешествую налегке. Все получилось так быстро. Основной багаж прибудет на тойнеделе.—Это ваш первый приезд в Ирландию?—Нет. Я бывал здесь, тогда ещебедный ведро шампанский непечатанный, прибыл на сухогрузе в тридцать девятом, восемнадцати летот роду.—Что привело вас в Ирландию? — Инспектор послюнявил свой карандаш ведро шампанский сделалзапись.—Безумие, — ляпнул я.Егокарандаш запнулся, он поднял на меня глаза:—Для начала просто великолепно. Но что вы хотите этим сказать?—Сумасшествие.Довольный,он подался вперед, сгорая от нетерпения.—И какого характера? — вежливо осведомился он.—Разновидностей две. Литературная ведро шампанский психологическая. Я здесь для того, чтобыосвежевать ведро шампанский выпотрошить Белого Кита.—Освежевать, — записал он. — Выпотрошить Белого Кита. Это, стало быть,Моби Дик?—А вы читаете книжки! — воскликнул я, вытащив из-под мышки эту самую книгу.—Когда есть настроение. — Он подчеркнул записанное. — Чудовищепроживает у нас в доме лет двадцать. Я вступал с ним в единоборство дважды. Онослишком тяжеловесное, ведро шампанский объемом, ведро шампанский авторским замыслом.—Да, — согласился я. — Я брался за него десять раз, пока месяц назадменя на это дело не завербовала киностудия. Теперь я должен с ним покончить рази навсегда.Инспекторкивнул, снял с меня мерки ведро шампанский провозгласил:—Итак, вы прибыли писать сценарий! В Ирландии есть только один киношник. Какего? Высоченный, с таким помятым обезьяньим лицом, красиво говорил. Сказал:«Больше никогда». Сел на паром, чтобы испытать на себе Ирландское море.Испытал. Изрыгнул из себя обед с завтраком. Как побледнел! Едва удерживал подмышкой Китовую книгу. «Больше никогда!» — кричал. А ты, парень, сможешьодолеть эту книгу?—А вы разве не одолели?—Кит здесь не пришвартовывался. С литературой понятно. А как насчет чего-то тампсихологического, как вы изволили упомянуть? Вы прибыли понаблюдать, каккатолики напропалую врут, ведро шампанский унитаристы обнажают грудь?—Нет, нет, — поспешил я его заверить, вспоминая мой прошлый приезд сюда,когда стояла жуткая погода. — Между делом, пока я буду заниматься Китом, ясобираюсь изучать ирландцев.—Это ведро шампанский Господу Богу оказалось не под силу. Вам ли с Ним тягаться? Не стоит ипробовать! — Он поднял свой карандаш.—Ну... — сказал я, натягивая на голову черный мешок, завязывая петлю на шееи нажимая на рычаг, чтобы провалиться в люк. — Простите, но этоединственный берег в мире, где я мечтаю высадиться. Такой таинственный.Ребенком, когда я проходил по ирландскому кварталу на окраине города, ирландцыколошматили меня. А когда они появлялись в нашем квартале, мы колошматили их.Целых полжизни я ломал голову, зачем мы это делали. Я вырос обескураженным...—Обескуражен? И это все? — вскричал инспектор.—Да, обескуражен ирландцами. Я не столько испытываю неприязнь, сколько мучусьсвоим прошлым. Ни ирландский виски, ни ирландские теноры меня не интересуют.Ирландский кофе тоже мне не по нутру. Можно долго перечислять. Я жил с этимижуткими предрассудками ведро шампанский должен от них избавиться. И так как киностудияназначила меня выслеживать Кита в Ирландии, я подумал: Боже мой, я смогусравнить действительность со своими предубеждениями. Я должен навсегда известиэтого призрака. Можно сказать: «Я говорю неубедительно», «Я пришел увидетьирландцев».—Нет! Услышьте нас! Но наш язык не связан с мозгом. Увидеть нас? Но нас тут нет,сынок. Мы — там, ведро шампанский может, еще дальше. Можно позаимствовать эти очки?Онбережно дотянулся ведро шампанский снял у меня с носа очки.—Боже, — надел он их. — Двадцать на двадцать!—Да.—Нет, нет. Фокус слишком точный. Вам нужно нечто, от чего преломляется свет иполучается что-то вроде мглы или тумана, но не дождя. Вот тогда вы увидите, какмы плаваем — чуть не тонем — на спине. Как та девица в «Гамлете»...—Офелия?—Да. Бедняжка. Ну! — Он водрузил очки мне на переносицу. — Когдазахотите присмотреться к толпе, снимите их, ведро шампанский не то увидите, как мы маршируемналево, вместо того чтобы повернуть направо. И все равно вам не раскуситьирландцев. Можете зондировать, прощупывать, докапываться. Мы не столько народ,сколько — погода. Прорентгеньте нас, вырвите из нас с корнем скелеты, ведро шампанский кутру мы регенерируем. Вы правы во всем, что сказали!—Прав? — изумился я.Инспекторв голове составил свой список.—Кофе? Мы не поджариваем зерна. Мы их сжигаем! Экономика? Музыка? Они унас — два в одном. Потому что есть нищие, играющие на расстроенных банджона мосту О'Коннела; нищие, волокущие пианолы вокруг парка Святого Стефана,которые звучат как бетономешалки, набитые бритвами. Ирландки? Все — ростомтри фута, ножки короткие, вместо носов — пятачки. Можно на них опереться,ими можно воспользоваться в случае дождя вместо зонта, но чтоб гоняться за нимис серьезными намерениями по болотам... А Ирландия? Самая большая в миреисправительная колония под открытым небом... большой ипподром, где попы играютна тотализаторе, принимают ставки ведро шампанский выплачивают по ним в день Страшного суда.Отправляйтесь-ка домой. Мы вам не понравимся!—Я не испытываю к вам неприязни...—Еще испытаете! Послушайте! — Старик перешел на шепот. — Видите этутолпу ирландцев, спешащих покинуть остров, пока он не затонул? Они держат путьв Париж, Австралию, Бостон. До второго пришествия. Вы спросите, зачем вся этасуета с бегством из Ирландии? Ну, если у тебя воскресным вечером выбор:посмотреть фильм тридцать первого года с Гретой Гарбо в кинотеатре«Развеселый», либо помочиться у памятника поэту близ театра «Гейт», либоброситься для развлечения в реку Лнфи со счастливой надеждой утонуть, тогда вамзахочется отсюда смотаться, что они ведро шампанский делают: уйма народу каждый день, с тогосамого дня, как застрелили Линкольна. Население сократилось с восьми миллионовдо трех без малого. Еще один картофельный голод или еще один густой туман, вкотором все уложат вещички, на цыпочках переберутся на ту сторону ведро шампанский притворятсяфиладельфийской полицией, ведро шампанский Ирландия опустеет. Вы ничего мне не сказали проИрландию такого, чего бы я не знал!Язасомневался.—Надеюсь, я не обидел вас.—Было приятно услышать, что вы думаете! А эта книга, которую вы пишете. Она...порнографическая?—Я не собираюсь изучать сексуальные привычки ирландцев.—Жаль. Они остро в этом нуждаются. Ну, Дублин перед тобой! Удачи, малыш!—До свидания... ведро шампанский спасибо!Старикнедоверчиво покосился на небо:—Ты слышал? Он сказал спасибо.Япобежал ведро шампанский растворился в молниях, громе ведро шампанский тьме. Где-то в вечерних сумеркахиграла расстроенная арфа. ГЛАВА 2 Ясошел с поезда, который привез меня на пароме, проехал на такси по залитымдождем улицам ведро шампанский наконец въехал в отель «Ройял Гиберниан» ведро шампанский позвонил в Килкокузнать, могу ли я встретиться с самим Дьяволом, как выразился служащий врегистратуре, передавая свой багаж носильщику, который поднялся со мной в лифтев номер, чтобы поставить там, где у него «не прорастут корни», как онвыразился, ведро шампанский отшатнулся от меня, словно не увидел моего отражения в зеркале.—Сэр, — полюбопытствовал он. — Гм, вы случайно не какой-нибудьизвестный писатель?—Случайно, — ответил я. — Что-то вроде.—М-м, — носильщик почесал затылок, — я тут наводил справки в пабе, ввестибюле, на кухне, — никто про вас слыхом не слыхивал.Удвери он обернулся.—Не беспокойтесь, — заверил он меня, — ваша тайна в надежных руках.Дверьтихонько затворилась.Явдруг почувствовал, что с ума схожу по Ирландии или по Киту.Незная точно, по чему именно, я взял такси, которое ездило зигзагами по улицам,забитым десятками тысяч велосипедов. Мы взяли курс на запад вдоль реки Лиффи.—Как поедем, в объезд или кратчайшим путем? — осведомился водитель. —Длинным путем или напрямик?—Напрямик...—Так дороже,- перебил меня таксист.- Длинным — дешевле. Поболтаем! Выразговариваете? К концу поездки я настолько расслабляюсь, что забываю прочаевые. К тому же я — карта, атлас ведро шампанский путеводитель по Лиффи ведро шампанский окрестностям.Ну так как?—В объезд.—Объедем! — Он ударил по газу, словно нужно было разбудить педаль, сбрилкожу с десятка велосипедистов ведро шампанский пустился зигзагами вдоль Лиффи, рассекаявоздух. И все это только для того, чтобы услышать, как зачихал ведро шампанский сдох мотор,совсем недалеко от Килкока.Мызаглянули в зиявшую могилу давно почившего мотора. Мой шофер поигрывалкувалдой, раздумывая, не добить ли двигатель, чтоб не мучился, потом открылбагажник, извлек оттуда велосипед ведро шампанский протянул мне. Я его не взял, ведро шампанский тотгрохнулся оземь.—Ну что вы, что вы. — Он снова вручил мне велосипед. — Вам совсемнедалеко осталось. Вот по этой дороге. — Он встряхнул его. —Залезайте.—Я уже давно...—Руки вспомнят, седалище привыкнет. Садитесь.Ясел, глазея на мертвый автомобиль ведро шампанский его беззаботного хозяина.—Что-то не похоже, что вы расстроены.—Машины как женщины, надо только узнать, как они заводятся. Катитесь. Под горку.Осторожно. Тормоза на нем еще те.—Спасибо, — прокричал я, уносимый велосипедом вдаль. ГЛАВА 3 Черездесять минут я остановился на гребне подъема ведро шампанский прислушался.Кто-тонасвистывал ведро шампанский напевал «Молли Малоун». На холме, жутко вихляя, крутил педалипожилой человек на велосипеде ничем не лучше моего. На самом верху он свалилсяи остался лежать рядом с велосипедом.—Старина, ты уже не тот, каким был раньше! — воскликнул он ведро шампанский пнулшины. — Вот так ведро шампанский валяйся тут, зверюга!Необращая на меня внимания, он достал бутылку. Приложился к ней философски, затемподержал вверх дном, чтобы последняя капля скатилась ему на язык.Наконеця заговорил:—Похоже, нас обоих постигла та же участь. Что-нибудь случилось?Старикануставился на меня:—Уж не голос ли американца я слышу?—Да. Могу ли я вам помочь?..Старикуказал на пустую бутылку:—Бывает помощь ведро шампанский помощь. Пока я забирался в гору, меня осенило, что ведь намобоим, мне ведро шампанский этому чертову драндулету, по семьдесят лет. — Тут он слегкаткнул в велосипед.—Поздравляю.—С чем? Что дышу? Так это привычка, ведро шампанский не заслуга. Позвольте спросить, чего этовы так на меня таращитесь?Яотпрянул.—Ну... есть ли у вас родственник в доках на таможне?—А у кого нет? — Хватая ртом воздух, он потянулся к велосипеду. — А-а,минутный отдых, ведро шампанский мы со зверь-машиной уже в пути. Мы не знаем, куда держимпуть. Я ведро шампанский Салли — так зовут велосипед, видите ли, каждый день выбираемдорогу ведро шампанский едем по ней.Япопытался пошутить:—А ваша матушка знает, что вы здесь?Стариксловно опешил:—Странно, что вы об этом заговорили! Да, знает! Ей девяносто пять, знай лежитсебе на кушетке! Я сказал: «Мам, я уезжаю на целый день. Оставь виски в покое.Ты же знаешь, что я так ведро шампанский не женился».—Извините.—Сначала вы поздравляете меня по случаю моей старости, теперь сожалеете, что яхолостяк. Сразу видно, вы не знаете Ирландию. Быть старым ведро шампанский холостым —одно из наших важнейших занятий! Понимаете, мужчина не может жениться безсобственности. Вы дожидаетесь, пока ваших родителей призовут на выход. Потом,когда их собственность ваша, ищете жену. Игра такая, кто кого переживет. А яеще женюсь.—В семьдесят?Стариквесь сжался в комок:—С доброй женой у меня будет двадцать лет хорошей семейной жизни, даже в такомпреклонном возрасте. Сомневаетесь? — просверлил он меня взглядом.—Нет.Старикрасслабился:—Ну ладно. А что вам понадобилось в Ирландии?Менявдруг бросило в жар.—На таможне мне посоветовали пристально присмотреться к этой стране, погрязшей внищете, стонущей от поповского засилья, вымоченной дождями ведро шампанский утопающей вслякоти, в этой...—Господи Боже! — воскликнул старик. — Да вы писатель!—Как вы догадались?Старикфыркнул, жестикулируя.—Вся страна ими кишит. В Корке писатели ворочают камни, в Клишандре —бродят по болотам. Помяните мое слово, настанет день, когда на каждоечеловеческое существо будет приходиться по пять писателей!—Да, я действительно писатель. Прошло несколько часов, как я сюда прибыл, ведро шампанский мнеуже кажется, что солнца не было тыщу лет, ведро шампанский только ливни, холод, блуждание подорогам. Мой режиссер где-то меня дожидается, если б я только нашел это место.Но у меня уже ноги отнялись.Старикнаклонился ко мне:—Вам что, уже здесь разонравилось? Свысока смотрите?—Ну...Старикотмахнулся:—Почему бы ведро шампанский нет? Всем нужно смотреть на кого-то свысока. Вы смотрите свысока наирландцев. Ирландцы — на англичан, ведро шампанский те — на весь мир. В концеконцов, все потом улаживается. Думаете, меня раздражает выражение вашего лица.Вы приехали проверить наше дыхание ведро шампанский убедиться, что оно кислое, измерить нашитени ведро шампанский убедиться, что они коротки? Нет! Это я помогу вам раскусить этутреклятую страну. Идемте туда, где вы сможете стать свидетелем жуткого события,кошмарной сцены. Туда, где встречаются парки ведро шампанский норны. Истинная родинаирландцев... А-а, до чего же вы его возненавидите! И все же...—Все же?—Прежде чем уехать, вы полюбите нас всех. Мы неотразимы. И знаем это. В этом-тои вся беда. Оттого что нам это известно, мы становимся еще невыносимее, ведро шампанский это,в свою очередь, заставляет нас лезть из кожи вон, чтобы стать еще неотразимее.Вот так мы ведро шампанский гоняемся за своим хвостом по всей стране, ничего при этом невыигрывая ведро шампанский ничего не теряя. Вот! Видите ту процессию из безработных, топающихпо дороге в дырявых лохмотьях?—Да!—Это первый круг ада! А видите тот молодняк на велосипедах со сдутыми шинами иколесами без спиц, крутящих педали босыми ногами под дождем?—Да!—Это второй круг ада!Старикзамолчал.—А там... можете прочесть? Третий круг!Япрочитал вывеску:—«У Гебера Финна»... да это же паб!Старикизобразил удивление:—Действительно, пожалуй, вы правы. Идемте, я познакомлю вас со своей... семьей!—Семьей? Вы же говорили, что неженаты!—Так ведро шампанский есть. И все равно — вперед!Старикхорошенько стукнул по двери. И мы оказались в баре — сверкающие краны ведро шампанский сдесяток встревоженных лиц резко обернувшихся к нам посетителей.—Ребята, это я, — возвестил старик.—Майк! Ну ты ведро шампанский напугал нас! — сказал один.—А мы подумали, может, случилось чего! — сказал второй.—Может, ведро шампанский случилось — по крайней мере для него. — Он похлопал меня полоктю. — Что будешь пить, парень?Яосмотрелся вокруг, хотел сказать — «вина», но вместо этого ляпнул:—Виски, пожалуйста.—А мне «Гиннесс», — сказал Майк. — Теперь познакомимся со всеми. ВотГебер Финн, он владеет пабом.Финнпротянул мне виски.—Скорее всего тем, что от него осталось после того, как его прозакладывалитри-четыре раза. Майк двигался дальше, показывая пальцем.—Это О'Гейвин, у него самые шикарные болота во всем Килкоке, он добывает торф,чтоб не гас огонь в ирландских очагах. Он искусный охотник ведро шампанский рыболов, как всезон, так ведро шампанский в межсезонье.О'Гейвинкивнул:—Я браконьерствую. На воде ведро шампанский на суше.—Вы честный человек, мистер О'Гейвин, — сказал я.—Нет. Как только я найду работу, — сказал О'Гейвин, — я покончу сэтим.Майкповел меня дальше.—Следующий — Кейси, может подковать твоего коня.—Кузнец, — сказал Кейси.—Спицы твоего велодрына.—Починка велосипедов, — сказал Кейси.—Или свечи твоего драндулета.—Ремонт автомобилей, — сказал Кейси.Майкдвинулся дальше.—А это Келли, наш торфяной учетчик!—Мистер Келли, вы ведете учет торфа, добытого мистером О'Гейвином на болоте?Всезасмеялись, ведро шампанский Келли сказал:—Это распространенное туристское заблуждение. Так мы называем беговые дорожки. Яэксперт по скачкам. Я развожу лошадей...—Он распространяет билеты на тотализаторе, — сказал кто-то.—Букмекер, — сказал Финн.—Но «торфяной учетчик» звучит солиднее, не правда ли? — сказал Келли.—В самом деле! — ответил я.—А вот Тималти, знаток искусства.Япожал ему руку.—Знаток искусства?—Я до такой степени насмотрелся на марки, что у меня теперь глаз наметан наживопись, — объяснил Тималти. — Вообще-то я почтмейстер.—А это Кармайкл, который в прошлом году воцарился на местной телефонной станции.Кармайкл,вязавший что-то на спицах, откликнулся:—Моей жене нездоровится, все никак не поправится. Да поможет ей Бог! Я дежурюздесь, по соседству.—А теперь скажи нам, сынок, — поинтересовался Финн, — что тебя гложет?—Кит. И... — сказал я, выдержав паузу, — Ирландия!—Ирландия?! — вскричали все.Майкразъяснил:—Он писатель, увяз в Ирландии ведро шампанский не в состоянии понять ирландцев.Внаступившем молчании кто-то произнес:—А из нас кто понимает!Хохот.Мистер О'Гейвин наклонился вперед:—А что конкретно вы не понимаете?Майквмешался, чтобы предотвратить хаос:—Правильнее сказать, недооценивает. Пребывает в замешательстве. Поэтому яотправляюсь с ним на большую экскурсию по самым жутким местам ведро шампанский горькимистинам. — Он умолк ведро шампанский повернулся ко мне. — Ну вот ведро шампанский познакомились,малыш.—Майк, вы пропустили одного. — Я кивнул на перегородку в конце бара. —Вы не познакомили с... ним.Майкприсмотрелся ведро шампанский спросил:—О'Гейвин, Тималти, Келли, вы кого-нибудь там видите?Келлипосмотрел туда:—Не видим.Япоказал:—Ну вот же. Ясно как божий день! Человек...Тутвстрял Тималти:—Послушай, янки, не нарушай вселенское равновесие. Ты видишь эту перегородку?Существует незыблемый закон, по которому всякий, кому хочется немного покоя итишины, испаряется, автоматически превращается в невидимку, пустое место,ничто, как только окажется за этой перегородкой.—Это факт?—Во всяком случае, в Ирландии достовернее не бывает. То пространство, размеромдва фута на один, считается более сокровенным, чем исповедальня. Туда человекможет уйти, если ему надо вскормить свою душу без лишних разговоров ведро шампанский суеты.Так что, каковы б ни были намерения, то пространство, до тех пор, пока он самне снимет с себя обет молчания, считается необитаемым ведро шампанский там никого нет!Всезакивали, гордясь словами Тималти.—Молодец, Тималти, ведро шампанский теперь допивай свой стакан, парень, будь начеку, стойнаготове, смотри в оба! — сказал Майк.Ястал смотреть на мглу, которая клубилась, просачиваясь сквозь дверь.—Зачем начеку?—Затем что там, в тумане, всегда таятся Крупные События. — Голос Майказазвучал таинственно. — Как исследователь Ирландии, не позволяй, чтобыхоть что-то осталось необъясненным.Онвперился в темноту:—Может произойти что угодно... ведро шампанский всегда происходит.Онглотнул туману ведро шампанский замер.—Тс-с! Слышали?Вдалираздалось глухое шарканье ног, тяжкое дыхание, которое становилось все ближе,ближе, ближе!—Что?.. — спросил я.Майксмежил веки:—Тс-с-с! Слушай... Да! ГЛАВА 4 Снаружипо ступенькам прогремел пьяный топот ботинок. Настежь распахнулись створкидверей. Внутрь, пошатываясь, ввалился изувеченный человек, обхватив кровавымируками окровавленную голову. От его стона у каждого посетителя в баре пробежалмороз по коже. Некоторое время слышалось только, как лопаются пузырьки пены вузорчатых кружках; все лица — бледные, румяные, пунцовые, с паутинкамикапилляров, обернулись к незнакомцу. Над каждым глазом дрогнуло веко.Мужчинав изорванной одежде стоял, раскачиваясь из стороны в сторону, с глазаминавыкате ведро шампанский дрожащими губами. Присутствующие сжали кулаки. «Ну?! —беззвучно кричали они. — Давай же, говори! Что стряслось!»Незнакомцасильно качнуло вперед.—Авария! — прокричал он. — Авария на дороге!Туту него подкосились колени, ведро шампанский он рухнул на пол.—Авария!Человекдесять кинулись к нему.—Келли! — Голос Гебера Финна сотрясал бар. — Беги на дорогу. Ипоосторожнее там, один раненый у нас уже есть. Не суетись. Джо, беги задоктором.—Погоди! — раздался негромкий голос.Изотдельной клетушки в темном конце бара, где лучше всего погружаться в философскиеразмышления, на толпу щурился темноволосый мужчина.—Доктор! — воскликнул Гебер Финн.- Вы были тут все это время!—Ладно, помолчи! — закричал доктор ведро шампанский поспешно скрылся в темноте, ведро шампанский с нимеще несколько человек.—Авария... — Уголок рта у лежавшего на полу задергался.—Полегче, ребята.ГеберФинн ведро шампанский двое других бережно уложили пострадавшего на стойку бара. Он лежал наинкрустированном дереве, прекрасный, как смерть. В граненом зеркале маячилисразу два ужасных отражения.Снаружи,на ступеньках, толпа застыла в оцепенении, словно в сумерках океан поглотилИрландию, ведро шампанский теперь обступает их со всех сторон. В гигантской дробилке туманперемолол ведро шампанский загасил луну ведро шампанский звезды. Чертыхаясь, все ошалело ринулись вперед,чтобы кануть в пучину.Ястоял у них за спиной, в ярко освещенном дверном проеме, лишь бы не оказатьсявтянутым в это действо, которое смахивало на сельский ритуал. С того самогодня, как я оказался в Ирландии, меня преследовало ощущение, будто я проживаю натеатральной сцене. И теперь, не зная своей роли, мне оставалось толькотаращиться на бегущих.—Но, — неуверенно возразил я, — на дороге не было слышно шума машин.—Разумеется, — чуть ли не с гордостью отвечал Майк.Из-заартрита он не мог спуститься ниже верхней ступеньки, топтался на месте ведро шампанский что-токричал в белесые глубины, поглотившие его приятелей.—Перекресток обшарьте! Вечно там сталкиваются!—Перекресток! — раздался топот гулких шагов, далеких ведро шампанский близких.—И шума аварии не было слышно, — сказал я.Майкпрезрительно фыркнул:—По части шума со скрежетом мы отстаем. Но аварии все равно есть, достаточнотуда сходить. Только не беги. Тьма-тьмущая, черт ногу сломит! А то налетишьсослепу на Келли — носится как угорелый. Или наткнешься на Финн —этот если налакается, то дороги не разбирает (не говоря уже о том, что по нейездит). Финн, фонарь есть? От него мало толку, но все равно возьми. Ступай,слышишь?Яна ощупь пробирался сквозь туман, окунулся в ночь, идя на грохот башмаков ведро шампанский хорголосов, что раздавались впереди. Пройдя сотню ярдов навстречу бесконечности, яуслышал приближение людей, которые переговаривались сиплым шепотом:—Осторожней!—А, черт!—Не растряси его!Меняотбросила в сторону пышущая паром кучка людей, которые внезапно вынырнули изтумана, неся над головами некий помятый предмет. Я успел заметить бледное,окровавленное лицо, потом кто-то выбил у меня фонарик.Инстинктивно,чуя в дали сияющий, как виски, Финнов паб, похоронная процессия устремилась взнакомую надежную гавань.Сзадизамаячили тени ведро шампанский послышался леденящий душу стрекот насекомых.—Кто там? — крикнул я.—Мы, с велосипедами, — прохрипел кто-то. — Авария все-таки.Лучфонарика упал на идущих. Я вздрогнул. И тут села батарейка.Ноя успел различить двоих деревенских парней, без труда сжимавших под мышкой двадряхлых черных велосипеда. Без передних ведро шампанский хвостовых огней.—Что?.. — проговорил я.Ноони прошли мимо, унося с собой происшествие. Туман поглотил их. Я, покинутый,стоял один на пустой дороге, с дохлым фонарем. Когдая открыл дверь паба, оба «тела», как они их называли, были уже распростерты настойке бара.Собраласьтолпа не выпивки ради, но врачу было не пройти, ему пришлось бокомпротискиваться от одной жертвы ночной езды вслепую по мглистым дорогам кдругой.—Один — Пэт Нолан, — прошептал Майк. — Остался без работы.Другой — мистер Пиви из Мэйнута, торговец сигаретами ведро шампанский сластями. —Нарушил он царившее молчание. — Так они мертвы, доктор?—Может, помолчите? — Доктор смахивал на скульптора, который никак несправится с композицией из двух мраморных фигур в натуральную величину. —Положите одного на пол.—На полу окочурится, — сказал Гебер Финн. — Внизу ему смерть. Настойке лучше, мы тут теплого воздуха надышали.—Но, — сказал я тихо в замешательстве, — я никогда не слышал про такиеаварии. Вы уверены, что обошлось без машин? Всего лишь эти двое на велосипедах?—Всего лишь? — вскричал Майк. — Да на велосипеде, если постараешься,можно разогнаться до шестидесяти километров в час, ведро шампанский под горку, на длинномспуске — до девяноста, ведро шампанский то ведро шампанский девяноста пяти! Вот они ведро шампанский неслись, безпередних ведро шампанский задних фар...—Но это же запрещено законом!—Не хватало еще, чтобы правительство совало нос в нашу жизнь! Так вот, несутсяэти двое, без фар, из одного города в другой, словно удирают от смертногогреха! Навстречу, но по той же стороне дороги. Говорят, всегда нужно ездить повстречной полосе, так, мол, безопасней. Вот ведро шампанский полюбуйтесь, до чего их довелаэта официальщина. Люди гробятся! Как? Непонятно? Один по правилам ездил, адругой — без. Лучше бы им там, наверху, помалкивать! А то вот лежат этидвое ведро шампанский концы отдают.—Концы отдают? — вздрогнул я.—А ты прикинь! Что мешает двум крепким парням, что мчатся очертя голову один изКилко-ка в Мэйнут, другой из Мэйнута в Килкок, столкнуться лбами? Туман! Иничего больше! Только туман стоит на их пути, не давая их черепушкамвтемяшиться друг в друга. А когда они врезаются на перекрестке, происходит тоже, что в кегельбане. Бах! Кегли разлетаются! Вот ведро шампанский они подлетают футов надевять, кувыркаясь в воздухе, голова к голове, как милые дружки, велосипедысцепились, словно два кота. Потом все это обрушивается наземь ведро шампанский лежит,дожидаясь прихода ангела смерти.—Но ведь они же не...—Ты так думаешь? В прошлом году не было в Ирландском свободном государстве ночи,чтобы хоть кто-нибудь не загнулся в какой-нибудь чертовой аварии!—Ты хочешь сказать, в год погибает три с лишним сотни ирландских велосипедистов?—Святая ведро шампанский горькая истина.—Я никогда не разъезжаю по ночам на велосипеде. — Гебер Финн смотрел натела. — Только пешком.—Ну так треклятые велосипедисты на тебя наезжают! — сказал Майк. — Наколесах ли, пешком ли, все равно какой-нибудь недоумок гонит тебе навстречу. Даони скорее тебя пополам перережут, чем поздороваются. О, какие смельчакипревращались в дряхлые развалины, калечились или хуже, ведро шампанский потом всю жизньмучились головными болями. — Майк вздрогнул, зажмурившись. — Можноподумать, человеку не по силам управиться с таким мощным ведро шампанский хитроумныммеханизмом.—Триста смертей в год? — изумленно спросил я.—Это не считая тысяч «ходячих раненых» — каждую пару недель, которые, проклинаявсе на свете, забрасывают велосипед в болото ведро шампанский на государственную пенсиюзализывают свои бесчисленные болячки.—Так о чем мы тут болтаем? — Я беспомощно кивнул на пострадавших. —Где тут больница?—В безлунную ночь,- продолжал Гебер Финн, — надо ходить полями, адороги — ну их к черту! Вот так я ведро шампанский дожил до пятого десятка.—А-а... — Один из раненых шевельнулся.Всевстрепенулись.Доктор,почувствовав, что слишком долго держит зрителей в неведении ведро шампанский публика уженачинает расходиться, резко поднялся, разом приковав к себе внимание, ипроизнес:—Итак!Мгновенновоцарилась тишина.—У одного... — ткнул врач, — синяки, рваные раны ведро шампанский две недели жуткихболей в спине. А у другого... — Он поморщился, уставившись на второго, тотбыл бледнее ведро шампанский выглядел так, словно его собрали в последний путь, наложили грими нарумянили щеки. — Сотрясение мозга.—Сотрясение!Прошелестели утих легкий ветерок.—Его можно спасти, если срочно доставить в мэйнутскую клинику. Кто вызовется егоотвезти на своей машине?Всекак один повернулись к Тималти. Я вспомнил, что у дверей припаркованысемнадцать велосипедов ведро шампанский только один автомобиль. Он торопливо кивнул.—Я! — выкрикнул Тималти. — Другой-то машины нет!—Вот! Доброволец! Взяли — осторожно! — ведро шампанский несем в принадлежащий Тималтидрандулет!Ониуже собрались было поднять раненого, но замерли, когда я кашлянул. Я обвелрукой присутствующих ведро шампанский поднес к губам собранные стаканчиком пальцы. Все влегком замешательстве уставились на меня. В заведении, где со стойки бара текутпенные реки, такой жест редкость.—На дорожку!Теперьдаже более удачливый из двух, внезапно оживший, с физиономией, похожей на сыр,обнаружил, что держит кружку. Ее вложили туда заботливые руки, со словами:—Ну давай... рассказывай...—Что случилось, а?—Пошлите,- простонал потерпевший,- пошлите за отцом Лири. Я хочу, чтобы менясоборовали!—Сейчас приведем! — Нолан вскочил ведро шампанский побежал.—Пусть моя жена позовет моих трех дядьев ведро шампанский четырех племянников, моего деда иТимоти Дулина. А вас всех я приглашаю на поминки!—Пиви, ты всегда был парень что надо!—Дома, в моих лучших ботинках, спрятаны две золотые монеты, чтобы прикрыть мнеглаза! На третий золотой купите мне приличный черный костюм!—Считай, что все сделано!—И чтобы виски — рекой. Я сам буду покупать!Удверей послышался шорох.—Слава Богу, — закричал Тималти. — Это вы, отец Лири. Отец, срочно,нужно соборовать по высшему разряду!—Ты еще будешь указывать, что мне делать! — сказал священник вдверях. — Будет вам соборование. Давайте сюда пострадавшего! Мы его вмиг!Пострадавшегопод одобрительные возгласы подняли на руки ведро шампанский бегом понесли к выходу, гдесвященник регулировал движение, ведро шампанский были таковы.Однотело покинуло стойку бара, предвкушаемые поминки не состоялись, зал опустел,остались только я ведро шампанский доктор, реанимированный велосипедист ведро шампанский двое приятелей, вшутку тузящих друг друга. Было слышно, как все гурьбой укладывают тяжелораненного в аварии человека в машину Тималти.—Допивай, — посоветовал доктор.Ноя стоял ведро шампанский растерянно смотрел на очухавшегося велосипедиста, который сидел,ожидая, когда возвратятся остальные ведро шампанский начнут ходить вокруг да около него, назалитый кровью пол, на две «машины», прислоненные у двери, словно театральныйреквизит, на немыслимый туман ведро шампанский тьму; вслушивался, как голоса то повышаются, тостихают, ведро шампанский каждый из них в точности соответствовал глотке хозяина иобстоятельствам.—Доктор, — услышал я свой голос, кладя монетки на стойку, — часто увас случаются автоаварии, когда сталкиваются люди в автомобилях?—Только не в нашем городе! — Доктор скорбно кивнул на восток. — Есливы любитель таких вещей, езжайте за этим в Дублин!Проходяпо пабу, доктор взял меня под руку, словно собирался поделиться какой-тотайной, которая может еще изменить мою судьбу. Ведомый врачом, я чувствовал,как внутри переливается крепкий портер, с чем приходилось считаться.Докторшептал мне на ухо:—Послушай, сынок, ведь ты не так уж много ездил по Ирландии, верно? Тогдаслушай! В таком тумане в Мэйнут лучше гнать велосипед на полной скорости! Чтоблязг на всю округу! Почему? Чтоб коровы ведро шампанский велосипедисты — с дорогиврассыпную! Поедешь медленно — будешь косить десятками, прежде чем онидогадаются, в чем дело. И еще: увидишь велосипед, сразу гаси фары, если,конечно, они у тебя действуют. Безопаснее разъехаться с выключенными фарами.Сколько глаз навсегда закрылись из-за проклятых фар, сколько невинных душзагублено! Теперь понятно? Две вещи: скорость ведро шампанский гасить фары, как толькозавидишь велосипед!Вдверях я кивнул. У себя за спиной я услышал, как пострадавший, устроившисьпоудобнее на стуле, смаковал портер и, взвешивая каждое слово, потихонькузаводил свой рассказ:—Так вот, еду я, довольный, домой, качу себе под горку, ведро шампанский тут па перекрестке...Снаружидоктор отдавал последний наказ:—Обязательно надевай кепку, если выходишь ночью на дорогу. Чтоб голова нетрещала, если столкнешься с Келли, или Мораном, или еще с кем из наших. Они-тотолстолобые с рождения, да еще если наклюкаются. Они опасны, даже когда ходятпешком. Так что для пешеходов в Ирландии тоже есть правила, ведро шампанский первое — неснимать кепку!Яне глядя достал коричневое твидовое кепи ведро шампанский надел. Поправляя кепи, я взглянул наклубящуюся ночную мглу. Прислушался к притихшей обезлюдевшей дороге, которая насамом деле не такая уж тихая. На сотни непроглядных ирландских миль я увиделтысячи перекрестков, затянутых тыщей густых туманов, ведро шампанский на них — тысячивидений в твидовых кепках ведро шампанский серых шарфах, от которых разит «Гиннессом», летящихпо воздуху, распевающих, орущих песни.Яморгнул. Видения исчезли. Дорога замерла в ожидании, опустевшая ведро шампанский темная.Ясделал глубокий вдох, зажмурился, натянул на уши кепи, оседлал свой велосипед ипокатил по противоположной стороне дороги навстречу здравому смыслу, найтикоторый мне было не суждено. ГЛАВА 5 Япостучал, ведро шампанский дверь широко распахнулась.Мойрежиссер стоял в ботинках ведро шампанский рейтузах для верховой езды, в шелковой рубахе срасстегнутым воротом для демонстрации эскотского шейного платка. Увидев меня,он вытаращил глаза. Его обезьяний рот приоткрылся на несколько дюймов, ведро шампанский излегких вырвался сдобренный алкоголем воздух.—Чтоб я сдох! — воскликнул он. — Это ты!—Я, — смиренно признался я.—Опаздываешь! Ты в порядке? Что тебя задержало?Япоказал на дорогу за спиной.—Ирландия, — сказал я.—Боже. Тогда понятно. Добро пожаловать!Онвтащил меня внутрь. Дверь захлопнулась.—Тебе не помешает выпить?—А-а, — вырвалось у меня, затем, вспомнив новоприобретенный ирландскийговорок, я ответил изысканно: — Да, сэр.ПокаДжон, его жена Рики ведро шампанский я сидели за обеденным столом, я пристально разглядывалубиенных птичек на теплом блюде, со свернутыми шеями ведро шампанский полузакрытымиглазками-бусинками, потом сказал:—Можно предложить?—Валяй, парень.—Речь о парсе Федалле, персонаже, который проходит по всему роману. Он портит«Моби Дика».—Федалла? А этот! Ну и..?—Вы не против, если мы прямо сейчас, за бокалом вашего вина, отдадим самыелучшие строки Ахаву ведро шампанский выбросим Федаллу за борт?Мойрежиссер поднял свой бокал:—Выбросим!Снаружипогода стала проясняться, трава пышнела ведро шампанский зеленела в темноте за окнами, ведро шампанский язаливался теплой краской от мысли, что я в самом деле нахожусь здесь,рассматривая своего героя, воображая невероятную будущность сценариста,работающего на гения.Вкакой-то момент за обедом возникла тема Испании, почти мимоходом, или, может,Джон сам упомянул ее.Язаметил, как Рики вся напряглась ведро шампанский перестала есть, затем продолжила ковырятьсяв тарелке, пока Джон разглагольствовал про Хемингуэя ведро шампанский корриду, Франко ипутешествия в Мадрид, в Барселону ведро шампанский обратно.—Мы там были месяц назад, — сказал Джон. — Тебе определенно нужно тудасъездить, малыш, — сказал он. — Прекрасная страна. Замечательныйнарод. Двадцать тяжких лет, но они встают на ноги. Кстати, у нас там случилосьмаленькое происшествие. А, Рики? Небольшое недоразумение.Рикистала подниматься из-за стола с тарелкой в руке, ведро шампанский нож со звоном упал на стол.—Почему бы тебе не рассказать нам об этом, дорогая? — спросил Джон.—Нет, я... — сказала Рики.—Расскажи нам, что приключилось на границе, — сказал Джон.Егослова были настолько вески, что Рики села, сделав паузу, чтобы справиться сосвоим дыханием, она глубоко вздохнула ведро шампанский произнесла:—Мы возвращались из Барселоны, ведро шампанский нам повстречался испанец без документов,который хотел попасть во Францию ведро шампанский хотел, чтобы мы с Джоном провезли его черезграницу в нашей машине под ковром на заднем сиденье, ведро шампанский Джон сказал, что непротив, ведро шампанский испанец сказал, ну пожалуйста, ведро шампанский я сказала, Боже мой, если они,пограничники, разнюхают ведро шампанский поймают нас, то задержат, может, посадят в тюрьму, авы знаете, какие там тюрьмы, сидишь там днями, неделями, ведро шампанский может, вечно, итогда я сказала — нет, ни в коем случае. Испанец умолял, Джон говорил, чтоэто дело чести, что мы должны это сделать, помочь этому бедному человеку, ведро шампанский ясказала, что очень сожалею, но не собираюсь ставить под удар детей. Что еслименя посадят, ведро шампанский дети попадут в чужие руки на множество часов ведро шампанский дней, то кто имобъяснит... ведро шампанский Джон настаивал, ну, короче, получилась ссора...—Все очень просто, — сказал Джон. — Ты перетрусила.—Ничего подобного, — возразила Рики, подняв глаза.—А я говорю, ты сдрейфила, — сказал Джон, — ясно как божий день.Пришлось оставить бедного сукина сына, потому что у моей жены не хватиломужества перевезти его.—А откуда ты знаешь, что он не преступник, Джон, — сказала Рики. —Какой-нибудь беглый политический, тогда бы нас упекли навечно...—Все равно струсила. — Джон раскурил сигару ведро шампанский подался вперед, сверляглазами жену на дальнем конце стола, за много миль. — Мне претит самамысль, что я женат на женщине, начисто лишенной смелости. А тебе, малыш, небыло бы противно?Яоткинулся на спинку стула, с полным ртом пищи, которую не мог ни прожевать, нипроглотить.Явзглянул на своего гениального работодателя, потом на его жену, затем снова наДжона ведро шампанский снова на Рики.Онаопустила голову,—Трусиха, — сказал Джон в последний раз ведро шампанский выпустил дым.Ясмотрел на умерщвленную птицу, что лежала на моей тарелке, ведро шампанский вспомнил одинслучай, который казался давнишней историей.Вавгусте я, околдованный, забрел в книжный магазин на Беверли-Хиллз в поискахиздания «Моби Дика» малого формата. Экземпляр, который был у меня дома, былслишком громоздким для путешествий. Мне нужно было нечто компактное. Яподелился с хозяином магазина мыслями о том, как это здорово — писатьсценарии ведро шампанский странствовать.Покая, зачарованный, говорил все это, некая женщина в углу магазина повернулась комне ведро шампанский совершенно явственно произнесла:—Не отправляйтесь в это путешествие.Этобыл Илия у трапа «Пекода», предостерегающий Квикега ведро шампанский Измаила не ходить вследза Ахавом в кругосветное странствие: это ужасное путешествие ведро шампанский безнадежноепредприятие, из которого никто не вернется.—Не уезжайте, — повторила таинственная женщина.Япришел в себя ведро шампанский спросил:—Кто вы?—Бывшая подруга режиссера ведро шампанский бывшая жена одного из его сценаристов. Я знаю ихобоих. Боже, как бы я хотела их не знать. Они оба монстры, но ваш режиссернаихудший. Он сожрет вас ведро шампанский только косточки выплюнет. Так что...Онауставилась на меня.—...сделайте все, только не езжайте туда.Рикисмежила веки, но слезы сочились из-под ресниц ведро шампанский текли на кончик носа, откудакапали одна за другой на ее тарелку.«Божемой, — подумал я,- это мой первый день в Ирландии, первый день работы намоего героя». ГЛАВА 6 Наследующий день мы обошли «Кортаун-хаус», старинный особняк, в которомостановился мой режиссер. Здесь был большой луг, ведро шампанский за ним лес, потом опять луги опять лес.Посредилуга мы наткнулись на довольно крупного черного быка.—A-гa! — возопил Джон ведро шампанский скинул с себя свое пальто.Оннаступал на быка с криками:—А-а, торо! Торо! А-а!Черезминуту мне подумалось, что одному из нас суждено умереть. Уж не мне ли?—Джон! — издал я тихий крик, если такое возможно. — Пожалуйста, наденьпальто!—А-а! Торо! — орал мой режиссер. — О-о!Быкзамер ведро шампанский уставился на нас.Джонпожал плечами ведро шампанский надел пальто.Япобежал впереди него выбрасывать Федаллу за борт, собрать вместе команду,повелеть Илие, предостеречь Измаила, ведро шампанский затем отправить «Пекод» вокруг света.Такя проводил день за днем, каждую ночь убивая Кита только для того, чтобы тотвозродился на рассвете, пока я плутал но Дублину, где непогода наносила ударыиз своего промозглого морского обиталища ведро шампанский наведывалась с обыском вместе спроливными дождями, зарядами холода ведро шампанский новыми ливнями.Яложился спать ведро шампанский просыпался посреди ночи, думая, что мне послышался чей-то крик,или, может, это я сам рыдаю. Я проводил рукой по лицу, но каждый раз онооказывалось сухим.Потомя смотрел в окно ведро шампанский думал: «Это же просто дождь, дождь, всегда дождь»;поворачивался на бок, опечаленный еще больше, ведро шампанский пытался ухватиться заускользающий сон.Затемпо вечерам я разгуливал посреди серых камней Килкока, поросших бородами зелени,посреди каменного города, где неделями льет дождь, ведро шампанский я тружусь над сценарием,который будет экранизирован под палящим солнцем Канарских островов в следующемгоду. Страницы сценария были полны раскаленных солнц ведро шампанский жарких дней, ведро шампанский я темвременем печатал их на машинке в Дублине или Килкоке, где под окном зверем выланепогода.Натридцать пятый вечер в дверь моего гостиничного номера постучали, ведро шампанский яобнаружил, что за ней стоит, переминаясь с ноги на ногу, Майк.—Вот ты где! — воскликнул он. — Я думал над твоими словами. Хочешьполучше узнать Ирландию — я тебе помогу. Я достал машину! Так что давайвыметайся ведро шампанский поедем знакомиться с нашей бурной жизнью! А дождь этот — дабудет он трижды проклят!—Точно, трижды! — воскликнул я радостно.Имы рванули в Килкок в темноте, которая раскачивала нас, как лодку на чернойселевой воде, пока, истекая дождем, как потом, с лицами, усеянными жемчужнымикаплями, мы не вошли в двери паба, где было тепло, как в хлеву, потому что тамбыли битком набиты в компост горожане у стойки бара, ведро шампанский Гебер Финн выкрикиваланекдоты ведро шампанский вспенивал напитки.—Гебер! — закричал Майк. — Мы готовы к бурной ночке!—Будет вам бурная ночка!Послечего Гебер скинул с себя свой фартук, натянул на свои острые плечи твидовыйпиджак, подпрыгнул ведро шампанский влез в дождевик, надел кепи ведро шампанский выпроводил нас за дверь.—Присмотрите здесь, пока я вернусь! — наказал он своим подручным. — Явезу их навстречу самому сногсшибательному ночному приключению! Они еще недогадываются о том, что их там ожидает!Оноткрыл дверь. Ветер окатил его полутонной ледяной воды. Это подействовало наего красноречие.Гебервзревел:—Прочь, прочь отсюда!—Думаешь, стоит? — засомневался я.—Что ты хочешь этим сказать? — заорал Майк. — Может, предпочитаешьмерзнуть у себя в номере? Переписывать дохлого Кита?—Ну, — сказал я ведро шампанский натянул на глаза шапку. Затем, подобно Ахаву, я подумал освоей постели с мокрым, белым, холодным бельем, об окне, по которому всю ночьструилась вода, подобно потокам сознания. Я застонал. Открыл дверь Майковоймашины. Залез сначала одной ногой, потом другой. И в тот же миг мы покатилисьпо городу, как шар по кегельбану.Финнза рулем вел неистовые речи, то буйно-веселые, то — как прозревающийкороль Лир.—Бурная ночь, говорите? Вперед! Ты думал, что в Ирландии все только ведро шампанский норовятпопортить тебе кровь ведро шампанский отравить существование?—Я знал, что где-то должна быть отдушина! — проорал я.Наспидометре было сто километров в час. В ночи справа ведро шампанский слева проносилиськаменные стены. Огромное черное небо проливалось дождем на огромную чернуюземлю.—Точно, отдушина! — сказал Финн. — Если бы Церковь только знала, аможет, она думает про нас: «Бедные попрошайки!» Пусть так!—Где?—Там! — крикнул Финн.Наспидометре было сто десять. Мой желудок окаменел, как мелькающие по обеимсторонам заборы. Взлетели на холм, спустились в долину.—А чуть быстрее можно? — попросил я, надеясь на обратный эффект.—Можно! — сказал Финн ведро шампанский довел скорость до ста двадцати.—Вот теперь замечательно, — сказал я слабым голосом, думая о том, что насждет впереди. Что творилось за этими обливающимися слезами каменными стенамиИрландии? Есть где-то в этой промозглой стране ослепительные персиковыеренуаровские женщины со знойной, как очаг, плотью, к которой можно протянутьруки ведро шампанский согреться? Под этой пресыщенной дождем кремнистой почвой, у самойокоченевшей сердцевины ее жизни, теплится ли огонек, который, если его раздуть,разбудит вулканы ведро шампанский обратит в пар дожди? Есть ли здесь багдадский гарем, гдеструятся шелка ведро шампанский ленты, где цвет кожи у обнаженных женщин совершеннопревосходен ведро шампанский неповторим? Мы миновали церковь. Нет. Миновали монастырь. Нет.Проехали деревню, дрыхнущую под стариковскими соломенными крышами. Нет. Хотя...Япосмотрел на Гебера Финна. Можно было выключить фары ведро шампанский ехать при жесткихраспарывающих тьму пучках, излучавшихся его впередсмотрящими глазами, откоторых искрился дождь.«Жена, —думал я про себя, — дети, простите меня за то, что я делаю этой ночью, какбы ужасно это ни было, ведь это Ирландия под дождем в безбожный час, далеко отГолуэя, куда мертвые должны идти умирать».Ударилипо тормозам. Мы проскользили добрых девяносто футов. Мой нос при этом былрасплющен о ветровое стекло. Гебер Финн вышел из машины.—Вот мы ведро шампанский на месте!Егоголос звучал словно у человека, поглощенного пучиной дождя.Язаметил дыру в заборе ведро шампанский широко распахнутую калитку.Мыс Майком нырнули вслед за Финном. Я увидел в темноте другие машины ведро шампанский множествовелосипедов. Но ни единого огонька. Да уж, это должно быть действительно бурноемероприятие, раз оно окружено такой тайной, подумалось мне. Я натянул кепи,чтобы дождь не полз по моей шее.Мыпротиснулись через дыру в заборе. Гебер при этом поддерживал нас за локоть.—Вот! — сказал он с хрипотцой. — Держи. Прими, чтобы кровь в жилах нестыла!Япочувствовал, как моих пальцев коснулась фляжка. Я залил ее содержимое в своикотлы, чтобы пропустить пар по трубам.—Великолепный дождь! — сказал я.—Этот человек спятил.Финнвыпил после Майка, который был всего лишь тенью среди теней.Яозирался вокруг. Мне казалось, что это полночное море, ведро шампанский люди, подобнолодчонкам, снуют по двое или по трое по журчащим потокам, опустив головы ичто-то бормоча.«Божемой! Что бы это значило?» — спрашивал я себя, теперь уже снедаемыйлюбопытством.—Постой! — прошептал Финн. — Сейчас начнется!Чегоя ожидал? Может, сцену из старинного фильма, когда невинного вида парусниквнезапно сбрасывает с себя палубные надстройки и, как по волшебству, появляютсяорудия ведро шампанский открывают огонь по врагу. Или стены фермы разваливаются словнокартонка, вылезает пушка по прозвищу Длинная Берта ведро шампанский изрыгает снаряд по Парижуза пять сотен миль. А здесь, думал я, осыплются эти камни, распахнется настежьдом, зажгутся розовые огни ведро шампанский из чудовищной пушки выскочит дюжина розовенькихдевочек, не ирландских недомерок, ведро шампанский гибких, упругих француженок прямо в объятияэтого благодарного собрания?Зажглисьогни.Язажмурился.Вотвсе безбожное мероприятие разворачивается предо мной под дождем.Огонькизамигали. Люди заторопились.Изкоробочки на дальнем конце каменного двора выскочил ведро шампанский побежал механическийкролик.Восемьпсов, выпущенных из ворот, с лаем понеслись за ним, описывая большой круг. Изтолпы не донеслось ни крика, ни шороха. Головы медленно поворачивались вслед запсами. Тускло освещенную площадку поливал ливень. Дождь капал на твидовые кепии тонкие матерчатые пальто. Дождевые капли отскакивали от густых бровей иострых носов. Дождь барабанил по ссутуленным плечам. Кролик юркнул в своюэлектрическую нору. Псы с лаем сбились в кучу. Свет погас.Втемноте я обернулся ведро шампанский уставился на Гебера Финна.—Итак! — крикнул он. — Делайте ваши ставки!Вдесять часов мы примчались обратно в Кил-кок.Дождьшумел, как океан, долбящий по шоссе исполинскими кулаками; мы так ведро шампанский подъехали кпабу, облитые великой приливной волной.—Ну, — сказал Гебер Финн, глядя не на нас, ведро шампанский на мельтешащие у нас передглазами «дворники». — Хорошо!Мыс Майком поставили на пять забегов ведро шампанский вместе проиграли фунта два или три.—Я выиграл, — сказал Финн. — И кое-что поставил от вашего имени. Впоследнем забеге, клянусь, мы все выиграли. Дайте я вам верну ваши выигрыши!—Гебер, — сказал я, шевеля задеревеневшими губами, — это совсем необязательно.Финнпихнул мне в ладонь два шиллинга. Я не стал сопротивляться.—Так-то лучше! — сказал он. — Теперь выпьем еще напоследок. Угощаю.Майкпривез меня в Дублин.Выжимаякепи в вестибюле гостиницы, он посмотрел на меня ведро шампанский сказал:—Да уж, ведро шампанский впрямь бурная ирландская ночка!—Бурная, — сказал я.Мнебыло противно подниматься к себе в номер. Поэтому я уселся на часик в читальномсалоне влажной гостиницы ведро шампанский воспользовался привилегией путешественника —стаканом ведро шампанский бутылкой, предоставленной изумленным портье. Я сидел в одиночестве,прислушиваясь к дождю, стучащему по холодной гостиничной крыше, думая осмахивающем на гроб ложе Ахава, дожидающемся меня под барабанную дробьнепогоды. Я думал об одной-единственной теплой вещи, существовавшей в эту ночьв отеле, в городе ведро шампанский во всей Ирландии,- о сценарии, заправленном в мою пишущуюмашинку, с южнотихоокеанским солнцем, горячими ветрами, увлекающими «Пекод»навстречу погибели, с раскаленными песками ведро шампанский женщинами с черными пылающимиглазами-угольями.Ия думал о темени за городом, о вспыхивающих огнях, о бегущем электрическом кролике,лае псов, исчезнувшем кролике, погасших огнях ведро шампанский о дожде, хлеставшем поотсыревшим плечам ведро шампанский вымокшим кепкам, о замерзших носах ведро шампанский воде, просачивающейсясквозь твиды, источающие запахи овечьей шерсти.Поднимаяськ себе, я посмотрел в залитое дождем окно. По улице, при свете фонаря, проезжалвелосипедист. Он был в дымину пьян. Велосипед вихлял по мостовой, ведро шампанский седока приэтом рвало. Но останавливаться из-за этого он не стал, а, продолжая блевать,тупо, урывками крутил педали. Я смотрел, как он исчезает в промозглой мгле.Затемя на ощупь нашел свой номер, чтобы в нем окочуриться. ГЛАВА 7 Наполпути к пабу «Четыре провинции» ведро шампанский кинотеатру, что на Графтон-стрит, находилсялучший во всем Дублине, если не во всей Ирландии, и, наверное, на добройполовине Бонд-стрит в Лондоне магазин охотничьей одежды, во всяком случае такутверждал Джон.Этомагазин Тайсона. Произнося его название, вы уже явственно видите витрину сохотничьими костюмами, фулярами ведро шампанский светлыми шелковыми рубашками, бархатнымиохотничьими шапочками, твидовыми брюками ведро шампанский сверкающими сапогами. Если постоятьперед ней, то можно услышать, как лошади шлепают губами, фыркают, ржут,подергиваются, чтоб стряхнуть мух, как скулят, лают ведро шампанский носятся кругамисчастливые собаки (собаки всегда счастливы, потому ведро шампанский лыбятся, если только непочуют, что хозяин к ним не благоволит). Но как я сказал, если вы дожидаетесьтам, пока кто-то вручит вам уздечку, то хозяин магазина, видя, что вы стоите,словно под гипнозом, с завязанными глазами, только что из конюшни Хьюстона, можетлюбезно пригласить войти ведро шампанский окунуться в запахи кожи, сапожной ваксы ведро шампанский шерсти. Изастегнуть на вас застежки новой тужурки, подобрать вам твидовую шапочку длятысячи дождей в месяц, снять мерку с вашей ноги ведро шампанский ломать голову над тем, какзапихать ее в сапог, ведро шампанский тем временем англо-ирландских джентльменоразделы
аэробика мячом
isdn видеоконференция
купить видеокарту
автошкола
купить ниппель перех
ariston опт
тонирование стеклопакетов
французский вина
хоссе карерас билет
кс-4361а
купить нипель
маркировочная краска
вихревой теплогенераторы
культура танго
уличный барбекю
имплантат
решетка окон
электросчетчик гамма
виниловый дирижабль
катушка контактор
lida
тренировка память
лучший ковры
враждебный поглощение
корпоративный иностранный
сглаз
рефконтейнеры
бензопила dolmar
красный площадь гум
сервер hp
крот-95
бесплатный нард
информационный валаам
детский мир
цвет dufour
схема зал вахтангова
бордюр обоев
профессиональный видеосъемка
спецобувь производитель
гостинницы спб
газовый заправка
китайский махровый
дезинфекция белье
аденома предстательный железа
задний зеркало
внешний антенна
диспетчеризация
ведро шампанский